Жестокий романс в темпе марша

Мужчину в женщине волнует грудь,
У женщины - волнение в груди...
Ей только ненароком подмигнуть -
Не уходи, останься, погоди.
Еще на миг, еще на пять минут,
На полчаса. Куда там - навсегда.
Ее глаза рассеянно моргнут,
Его глаза скользнут туда-сюда...

Ощупают дивана гобелен,
И бросят на пружины, как в бордель,
Ее любовь, встающую с колен,
Его любовь, зовущую в постель.
И в общем-то им это ни к чему,
Но в общем-то и это кое-что,
Не то, чтоб трудно сделать одному,
Но самому себе - совсем не то.

Я подзабыл, что дальше было там,
Но ощутил, рассказывая, вновь,
Как подступает к горлу тошнота.
Не говори мне больше про любовь!

Мужчину в женщине порой волнует грудь,
У женщины - волнение в груди...
Им в эту ночь никак нельзя уснуть,
Им ничего не светит впереди.

  ***

Жил был на свете самурай,
Он защищал любимый край.
С утра постился на кефире,
А на ночь делал харакири.

Ты так и знай, ты так и знай:
Был очень смелым самурай.

К нему пришел один монах
Босым в оранжевых штанах,
Они уселись на татами
Поговорить о Гаутаме.

Вот он какой, вот он какой,
Наш Гаутама дорогой.

Потом по чашечке саке
Держали на отлет в руке,
Читали из Омар Хайяма
И созерцали Фудзияму.

Как жалко, что Омар Хайям
Не видел в жизни Фудзиям.

Пришли две гейши из Киото
Весь вечер танцевали что-то,
Приподнимая кимоно.
Но, впрочем, было так темно…

Ну вот и всё, ну вот и всё
Окончилося хоросё.

  ***

Жил да был парень бедный
Жил да бил в колокол медный
Бил да был доволен судьбой
И удел не гадал другой

Был когда он юн годами
Долю калики ему нагадали
От роду нем, да тверда рука
Хватит двоим одного языка

Так еще говорили в старь
Красен звон, коли нем звонарь

Песни пели, как колокол лили
Наплетали байки на были
Весть летела из дома в дом
«Ой малиновым будет звон!»

А он бил и колокол пел
Свет был мил и бел
Рвал звон долы в даль
Все сон ничего не жаль

Вот уж верно дивился люд
Нем звонарь, да колокол лют!

Как там вышло и сам не знаю
Доля выпала верно злая
Чем не годен был медный зык
Только вырвали им язык

Тихо стало в наших селах
Люд ни грустный, ни веселый
На погостах серная гарь
Но нем колокол, нем звонарь

Старики соберутся бывало
Вспомнят, как когда-то певал он
В разговорах повыгорит пыл
А ведь был же когда-то, был колокол, был...