***

Своеобразие падения -
В ногах, простертых к небесам,
И поступательном движении
Воздушных масс по волосам.

Но как бы вас не возносили -
Влечет обратно mgh
Наперекор подъемной силе,
И дух захватывает аж!

А люди тянут ноги к небу,
А людям хочется летать,
Им мало жить насущным хлебом,
Им надо птицам стать под стать!

И рассыпаются моторы
По небу клекотом орлиным,
Дурманя простодушья взоры,
Взбивая облаков перины.

Но дух вкусить полета, чистый,
Как журавлей печальных стая,
Дерзают лишь парашютисты,
Ногами к небу опадая,

И, не найдя в ногах опоры,
В смятенье страшном и тревоге,
С укором к небу тянут взоры -
А видят там все те же ноги.

   ***

Словно плевок уходящего года,
Волглый декабрь в заснеженных лужах.
Но, доверяя прогнозу погоды,
Мы ожидаем январские стужи.

Будут, конечно же, будут метели,
Будут трещать на крещенье морозы,
Будут в Сочельник под инеем ели
Белые-белые - словно березы…

Будет как было: хрустящий стеклярус
По полу утром и сладкие грезы.
Только бы вот заводной Санта Клаус
Не раздражал сильно Деда Мороза.

Может, тогда для любимейшей льдинки,
Той, для которой прошел бы полсвета,
Пусть не в лесу, так хотя бы на рынке
Я отыщу в Рождество первоцветы.

Хочется верить, что веруя в чудо,
Будешь не важен, но нежен и нужен.
И ожидаешь его, а покуда -
Волглый декабрь в заснеженных лужах.

Будут как было. Не в этом ли благо?
Пусть даже вечно зеленые ели
С хвоей напоенной зимнею влагой
Станут сочиться в Сочельник капелью.

   ***

Снимают все, но как-то все не так:
За деньги, голых баб и некрасиво.
Искусства нет. В стране царит бардак.
На что уходят диапозитивы?

Вот я перелистал вчера альбом…
Точней журнал. Еще точнее – порно.
Пришлось жевать весь вечер «унибром»,
Чтоб не поддаться гадости тлетворной.

С утра проснулся, глянул – нет, не помогло!
И на душе так сразу стало пусто…
Сперва под корень, а потом в обло
Артелью хамы рубят храм искусства.

А я, как рыба бьет башкой об лед,
Над музой бьюсь и снова мимо… мимо…
Лишь только грежу ночи напролет
О чем-то вечном и неповторимом.

   ***

Со мной не происходит ничего.
Молчал бы, а не то беду накличу.
А впрочем - лучше жить заносчиво,
Раз ценен только тем, что безразличен.

Ты мне слезами вымочишь плечо,
Дашь волю нервам, горю прочему -
А я, как будто, даже ни при чем,
И, в общем-то, мне это ни к чему.

Я, стервенея, душу гну в дугу,
Но где-то в сердце щелкнул тумблерочек -
И встало. И я больше не могу
За все страдать. Я не хочу. Нет мочи.

Я ни при чем, и мне все по плечу,
По барабану, по фигу, до фени,
Я не могу, я просто не хочу,
Мне надоело жечь, страдая, время.

А ты поплачь, родимая, поплачь.
Тебе душа дана, а мне лишь только плечи.
Я все что хочешь: врач или ловкач -
Но мне страдать и не о чем, и нечем.

Не думай, что я выбился из сил,
Или чужое горе не задело.
Я столько сам в себе переносил!
А в прочем - ну кому какое дело?

И эта песня - тоже ни о чем.
И эти фразы - как бы между прочим…
Ты заходи, утрись моим плечом,
Покуда у меня страдать нет больше мочи.

3-4.02.96

   ***

Содрогнулась от ужаса нация
И поздравилась в новом году
С наступающей деноминацией.
Зубы нации в ужасе клацали,
Неминучую чуя беду.

И себя отпевая заранее,
Все решили, в бессилье тверды,
Что, хотя наше дело баранье,
Коль нолям предстоит обрезание,
То во всем виноваты жиды.

Но в народе имеется мнение
Под давлением прошлых обид,
Что посредством нолей отделения,
Поругание и поимение
Тем не менее всем предстоит.

   ***

Стоял у храма Харе Рама,
Такой весь карме неподвластный,
С утра не выпивший ни грамма,
Но отрешенно-безучастный.

А рядом Будда Гаутама,
В астрале отыскавший бодхи,
Прикрывши тряпкой место срама,
Балдел от собственной находки.

Их атман окружала майя,
Но мужа два, снискавших славу,
На мир взирали, не внимая,
Предпочитая майе бхаву.

И, погруженные в нирвану,
Медитативно созерцали
Непостижимые брахману
Бахакти (мелкие детали)