|
***
За годами позабытый
Меж шутов и ворожил,
Жил король. Незнаменитый.
Потому что просто жил.
Бесшабашно и безбожно
Пил вино, грешил как тать,
Мой король… Понять не сложно,
Даже можно оправдать.
Что ни день - то ногу в стремя,
Посошок, да на турнир.
Уж такое было время:
Либо драка, либо пир.
И жила одна принцесса
В старом замке у окна.
Посвящала дни процессу
Расшиванья полотна.
Романтичная особа
Лет неполных десяти.
Надо ж так влюбиться, чтобы,
Дурню, господи прости.
Он хотел излить ей душу -
А она в ответ пенять:
Я не в праве вас не слушать,
Но не в силах вас понять.
Старцу на краю могилы
Не к лицу дудеть в свирель,
А король ,мой ангел милый,
Не заезжий менестрель.
Вот такая жизни школа
На любовной полосе:
Мой король стоял как голый.
Но зато - во всей красе.
Покачнулся, как в бреду, мир,
Расколов привычный быт -
И король сначала умер,
А потом уж был забыт.
Вот и никакой морали.
Уж какая тут мораль?
Люди жили, умирали…
Во дворце, или в подвале…
Вот такие трали-вали.
Вот такая пастораль.
***
Загрустите, заходите.
Я сегодня здесь один,
Вне желаний, вне политик,
Незлоблив и нелюдим.
И в вине пытливым взглядом
Сквозь бокал ловлю свечу.
Заходите, сядьте рядом,
Я вас тоже научу.
На засов закроем двери,
Перережем провода.
В эту ночь, по крайней мере,
Не войдет никто сюда.
Я же знаю, вы устали.
Я же вижу, вы больны.
Вы же стали тверже стали,
Пострадали без вины.
Неужели не хотелось,
Подведя баланс к нулю,
Распотешить мягкотелость,
Расползаясь во хмелю.
Разольем "Медвежьей крови".
А потом плечом к плечу
Обязательно изловим
Непослушную свечу.
Да откликнитесь же, люди,
Братья, сестры! - никого.
Свечка тает в битом блюде,
Отливает лаково.
От последнего разлива
Два последние глотка
Тонут в рюмке сиротливо,
Раздувая вширь бока.
***
Закованные в латы
Ледяные мостовые,
Пугливые солдаты,
Да сиротки постовые,
Заваленные дворики
Снегами по рога,
Оскаленные дворники,
Гребущие снега…
Пора осатанелая.
Звериною тропой
Марают поле белое
Прохожие гурьбой.
Сижу, шарфом укутанный,
Как фикус на окне,
И на сердце так муторно…
Скорей бы быть весне!
Да что ж такое деется?
Скребу растертый нос.
И, вроде, хворь – безделица,
И насморк не понос…
Но тают, стеариновы,
Под хлопоты родни
Медами да перинами
Отравленные дни.
А мне бы - выйти в улицу,
Да с хрустом по снежку
Вразвалочку сутулиться
Шажками по вершку
И, наплевав безбашенно
На хворь проклятую,
Разнашивать, донашивать
Чужую колею.
«Ах, доктор мне неможется!»
«Ах, доктор я больной».
Белее мела рожица,
Кровинки ни одной.
И на сердце метелица,
И в очах застит свет,
И не мычит, не телится
Дурной иммунитет…
***
Заходи, мы сядем рядом,
Сядем рядом, будем вместе,
Все дела обсудим ладом,
И все будет честь по чести,
Или, может, лучше даже -
Нам ли все не по плечу?
Я смолчу, а ты расскажешь,
Я смолчу, да ты расскажешь,
Ты рассудишь, я смолчу.
Пересудим век за вечер,
Я и ночь-то не зачту.
Подарю - сам не замечу,
Как хрустальную мечту,
Или, может, лучше даже -
Нам ли все не по плечу?
Я смолчу, а ты расскажешь,
Я смолчу, ты сам расскажешь,
Сам рассудишь, я смолчу.
Ну какое тут искусство -
Промолчать для друга ночь -
Лицемерье и распутство
Ты в охоте, я не прочь.
Или, что похуже, даже -
Нам ли все не по плечу?
Я молчу, а ты расскажешь,
Я смолчу, ты сам расскажешь,
Сам рассудишь, я молчу.
Вот уже и не заметил,
Как, тобою увлечен,
Принимаю все на свете -
Сразу видно - ни при чем,
Или безразличен даже.
Нам ли все не по плечу?
Я молчу, а ты расскажешь,
Я смолчу, ты сам расскажешь,
Сам рассудишь, я молчу.
***
Злые птицы на юг улетали -
И меня не позвали с собой.
Улетали, как видно, в Анталию,
Где бушует прибой голубой.
Где беспечно, в библейском наряде,
Непосредственные, как дитя,
Бродят дяди, солидности ради
Куртуазно пальцами крутя,
Потому что соленые тети
Обожают такие «понты».
А вокруг - море неги, и плоти,
И такой неземной чистоты.
Там, надраенный солнцем до блеска,
Оттопырив надменной губой
Белый борт, как под белою феской -
Белый лайнер под белой трубой.
А у нас - починяют салазки,
Запасаются соль и песок,
И от обморожения маски
Вяжут детям из старых носок…
Злые птицы, бездушные твари!
Вы меня не позвали с собой!!!
Вот поймаю одну - и ударю
О бетонный бордюр головой…
Все!!!
Завтра я повешусь поутру
Там, где шумят зеленые дубравы,
Не ради почестей и славы,
А просто так повешусь и умру.
Потом, быть может, пионер-москвич,
Тимуровец и юный следопыт,
Прибьет ко мне табличку: "Здесь висит
Авилов Дмитрий Александрович".
А может быть, лукавый садовод
Перенесет меня на свой участок,
Чтоб я от птичьих нападений частых
Оберегал хозяйский огород.
А может быть, усталый пилигрим
В тени моей приляжет отдохнуть,
На жаркий полдень прерывая путь,
Мы с ним вдвоем о многом помолчим.
Задумавшись, как будто о своем,
Покачивая ветру в такт ногой,
Я буду так висеть своим путем
В гармонии с природой и с собой.
Все!!!
МАРА
Здравствуйте, дети, я Мара!
Я всех ужасней на свете!
Я принесла вам кошмары,
Радуйтесь, милые дети!
Вы закрываете глазки,
Словно играете в прятки,
Я буду сказывать сказки,
Спите спокойно, ребятки!
А если кто глазки откроет,
Сразу оставлю без глазок!
А если кто ротик откроет,
Зубки все пересчитаю!..
И ничего, что не в рифму,
Главное - предупредила!..
В полночь из каждой могилы
С рёвом встают вурдалаки,
Бродят русалки и виллы,
Спящих грызут волколаки!
Скрипнут тихонечко двери,
И, прокрадясь через сенцы,
Страшные, злобные звери
Сонных воруют младенцев!
Головы им отгрызают!..
Так и записано в книжке!
Вот ведь как в жизни бывает!
Спите спокойно, детишки... |